У адвоката Валентины Ященко диагностированы закрытая черепно-мозговая травма и сотрясение мозга

В комментарии «АГ» Валентина Ященко сообщила, что уже обратилась в ряд правоохранительных органов по поводу случившегося. В Комиссии по защите прав адвокатов АП Московской области проинформировали, что палата получила информацию о ситуации и разбирается в ней.
Как стало известно «АГ», 9 октября адвокат АП Московской области Валентина Ященко обратилась в свою палату с сообщением о том, что 5 октября она подверглась избиению в одном из столичных отделов полиции при осуществлении ею профессиональных полномочий.

https://www.advgazeta.ru/novosti/advokat-soobshchila-ob-izbienii-v-moskovskom-otdele-politsii-pri-okazanii-yurpomoshchi-doveritelyu/

По мнению адвоката, постановление о возбуждении уголовного дела направлено на ее устранение из судебных споров по отстаиванию интересов нескольких доверителей в рамках соглашения об оказании юридической помощи

В комментарии «АГ» адвокат Елена Лосева отметила, что ее уголовное преследование связано с добросовестным выполнением обязанностей по защите прав и законных интересов доверителей. Ее защитник назвал постановление о возбуждении уголовного дела в отношении коллеги незаконным и необоснованным. В АП Астраханской области сообщили, что заявление Елены Лосевой передано в комиссию по защите прав адвокатов, которая проведет внеочередное очное заседание по данному вопросу в ближайшие дни.

https://www.advgazeta.ru/novosti/v-otnoshenii-advokata-vozbuzhdeno-delo-yakoby-za-razglashenie-svedeniy-sostavlyayushchikh-nalogovuyu-taynu/

В постановлении отмечено, что у органов следствия имеются обоснованные подозрения полагать, что адвокат злоупотребляет своими правами, а обвиняемый, которому оказывается юридическая помощь, злонамеренно использует адвоката

В комментарии «АГ» адвокат АП Еврейской автономной области Роман Исайкин, в отношении которого вынесено постановление, отметил, что в силу положений уголовно-процессуального закона у суда отсутствовали законные основания для разрешения обыска в отношении него, а разрешение на допрос его как адвоката в качестве свидетеля по уголовному делу посягает на предмет адвокатской тайны. Президент АП Еврейской автономной области Татьяна Болотова считает: нельзя допустить того, чтобы суды взяли за практику разрешать одним решением производство обыска в отношении адвоката и допрос его же в качестве свидетеля. На это же обратил внимание председатель Комиссии Совета ФПА по защите прав адвокатов Генри Резник, указывая, что это явное процессуальное нарушение, поскольку в данном случае затрагиваются абсолютно разные следственные действия.

https://www.advgazeta.ru/novosti/sud-odnim-postanovleniem-razreshil-i-obysk-u-advokata-i-ego-dopros-v-kachestve-svidetelya/

Он подчеркнул, что формальные признаки деяния, запрещенного в Особенной части УК, непреложны для суда, обязанного руководствоваться ими при квалификации любого инкриминируемого лицу преступления

Один из экспертов «АГ» назвал важным тезис Суда о непреложности для судов формальной совокупности признаков уголовно наказуемого деяния при рассмотрении конкретного дела с необходимостью обязательной оценки “криминальности” деяния как по содержанию, так и по последствиям. Другой заметил, что, несмотря на категорический запрет, закрепленный в ч. 2 ст. 5 УК РФ, о недопустимости объективного вменения, оно довольно широко распространено в уголовном праве. Третий полагает, что проблематика, поднятая КС, напрямую затрагивает институт малозначительного преступного деяния, остающегося весьма субъективным и сложным в оценке в правоприменительной сфере, в то время как суды до сих пор не могут выработать единой политики в отношении квалификации преступления как такового.

https://www.advgazeta.ru/novosti/ks-napomnil-chto-oshibochnoe-obrashchenie-za-sotsvyplatoy-ne-soderzhit-priznakov-moshennichestva/

Не секрет, что по уголовным делам о преступлениях, следствием которых стало причинение имущественного вреда, главным интересом потерпевшего является возмещение ущерба и восстановление нарушенных прав. Юристы-практики подтвердят, что процессуальные тонкости, вид и размер наказания виновного и даже итоговое решение по делу имеют для потерпевшего второстепенное значение на фоне его справедливого желания компенсировать ущерб и восстановить status quo.

Подобное стремление пострадавших от имущественных деликтов вполне объяснимо и подкрепляется требованиями ч. 3 ст. 42 УПК о необходимости возмещения потерпевшему вреда, причиненного преступлением.

https://e.ugpr.ru/1047028