УДАР В СЕРДЦЕ КОНВЕНЦИИ
ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ЗАЩИТИЛ РОССИЙСКИХ АДВОКАТОВ
Открытое обращение Совета Адвокатской Палаты Удмуртской Республики
Константин Ривкин, член Совета АП Москвы, интервью об актуальных вопросах адвокатуры
Гасан Мирзоев: Защитникам нужен закон, который защищал бы их самих
О поправках к проекту № 469485-7 Федерального закона «О внесении изменений в Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»
Памятка адвокатам, участвующим в качестве защитников в уголовном судопроизводстве по назначению на территории Удмуртской Республики

12 апреля 2017 года в помещении Адвокатской палаты Удмуртской Республики по адресу: г. Ижевск, ул. Родниковая, 62 состоялось заседание Квалификационной комиссии Адвокатской палаты Удмуртской Республики в составе членов Квалификационной комиссии Адвокатской палаты УР: председателя Квалификационной комиссии Талантова Д.Н., заместителя председателя Квалификационной комиссии Самойлова В.В., секретаря Квалификационной комиссии Чучаловой Н.В., членов Квалификационной комиссии: Гаязова Г.Г., Зайцевой С.В., Писаревой О.М., Габзулатинова Р.М., Кудрявцева А.Р., Яцинюк Н.Г., Пузановой Е.Р.

Поводом для возбуждения дисциплинарного производства в отношении адвоката Е. явилась жалоба А.

На заседание Квалификационной комиссии Адвокатской палаты УР явился заявитель А.

Адвокат Е. на заседание Квалификационной комиссии Адвокатской палаты УР не явилась, надлежащим образом извещена о дате и времени рассмотрения дисциплинарного производства.

В Адвокатскую палату УР поступила жалоба гр. А. (вх. № 1365/1 от 13.12.2016 г.) в отношении адвоката НО «Удмуртская Республиканская коллегия адвокатов» Е.М.

Из названной жалобы следует, что А. был привлечен к уголовной ответственности по ч.4 ст.228.1, ч.1 ст.228 УК РФ, пребывал под стражей с 29.02.2016 г. по 10.05.2016 г. Его защиту по соглашению осуществляли адвокаты Талантов Д.Н. и Талантов Н.Д.

Постановлением от 08.12.2016 г. ст. следователя ССО по НОН СУ МВД по УР Соловьева А.Н. уголовное дело и уголовное преследование в отношении А. было прекращено по ч.2 ст.24 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления).

По утверждению А , его уголовное дело было сфальсифицировано лицами, уполномоченными на проведение ОРД, в целях привлечения к уголовной ответственности лица, заведомо непричастного к совершению преступления.

В отношении заместителя начальника отдела полиции № 4 УМВД России по г. Ижевску С.В. возбуждено уголовное дело по ч.4 ст.303 УК РФ.

25.04.2016 г. в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по УР посетила адвокат Е., которая, ссылаясь на заключение соглашения (договора) с Л., гражданской женой заявителя, пояснила, что имеется возможность изменения меры пресечения и дальнейшего прекращения уголовного дела.

При этом предъявила А. для обозрения «секретные» документы, которые отсутствуют в его уголовном деле, являющиеся доказательствами фальсификации материалов ОРД оперативными сотрудниками отдела полиции Устиновского района г. Ижевска.

В ходе беседы она сообщила ему, что имеет знакомства с должностными лицами СУ УМВД России по г. Ижевску, и, при передаче им 5 000 000 руб., будет изменена мера пресечения с последующим прекращением его уголовного дела.

согласился передать 3 000 000 руб.

О состоявшейся встрече и содержании бесед с адвокатом гражданин поставил в известность адвокатов Талантова Н.Д. и Талантова Д.Н., сообщив, что рассматривает вопросы передачи денег — взятки за освобождение из следственного изолятора и прекращении уголовного дела.

Адвокат Талантов Д.Н. проинформировал о том, что предложение и её требования являются незаконными и потенциально опасными. Это может быть как провокацией взятки, так и частью общего плана по вымогательству денег за освобождение от заведомо незаконного привлечения к уголовной ответственности.

написал заявление на имя Талантова Д.Н. о противоправных действиях с разрешением ему распоряжаться указанной информацией с тем, чтобы обратиться в правоохранительные органы. был освобожден из-под стражи по постановлению следователя от 07 мая 2016 года (фактическое освобождение состоялось 10 мая 2016 года).

В период с 25.04.2016 г. по 18.05.2016 г. неоднократно встречалась с Л.И.Ю. и А. , настаивая на передаче последним 1 500 000 руб., сообщив, что изменение ему меры пресечения на подписку о невыезде стало возможным исключительно благодаря её связям с должностными лицами СУ УМВД России по г. Ижевску.

18.05.2016 года в 15 час. в офисном помещении по адресу: г. Ижевск, ул. 9 Января, 195а при получении от денежных средств под предлогом передачи их должностным лицам СУ УМВД России по г. Ижевску в качестве взятки, адвокат была задержана сотрудниками УФСБ России по УР. При этом 200 000 руб. адвокат приняла от по квитанции, а 1 300 000 руб. она приняла без оформления каких-либо документов под предлогом их передачи должностному лицу СУ УМВД России по г. Ижевску.

Оставшуюся часть оговоренной суммы 1 500 000 руб. по требованию у надлежало передать до 10.06.2016 г. – по словам это крайний срок прекращения в отношении него уголовного дела.

Ныне адвокат привлечена к уголовной ответственности по ч.3 ст.30 ч.4 ст. 159 УК РФ.

ставит вопрос о прекращении статуса адвоката .

В объяснениях адвокат Е. (вх. № 83 от 24.01.2017 г.) отметила, что к ней за правовой помощью обратился некто М., который является знакомым А. По утверждению М., не удовлетворён был работой адвокатов, которые оказывают ему правовую помощь.

При встрече с А. с СИЗО-1 г. Ижевска адвокат обсуждала с ним условия договора (соглашения), а также ознакомила его с имеющимися в её распоряжении «материалами оперативной разработки», за предоставление которых сотрудник полиции требует деньги. Эти материалы подтверждали невиновность А. При заключении договора с гражданином А. адвокату этот сотрудник полиции обещал представить и иные материалы, подтверждающие непричастность к незаконному обороту наркотиков.

А. просил время подумать над условиями предложенного ему соглашения.

После уговоров М. и Л., по утверждению адвоката, она начала работать по защите без оплаты и договора, рассчитывая на его дальнейшее заключение. Однако от заключения письменного соглашения с ней уклонялся под разными предлогами.

Лишь 18 мая 2016 г. в помещении по адресу: г. Ижевск, ул. 9 Января, 195а он подписал договор об оказании правовой помощи, передал ей деньги, но в этот момент она была задержана сотрудниками УФСБ России по УР.

В обоснование своих доводов адвокат представила материалы досье (производства) по защите , отметив при этом, что иные документы, в т.ч. договор об оказании правовой помощи, изъяты и приобщены к материалам уголовного дела в отношении неё.

На заседании Квалификационной комиссии Адвокатской палаты УР А. заявил ходатайство о приобщении к материалам дисциплинарного производства приговора Индустриального районного суда от 31 марта 2017 года в отношении Е.

Ходатайство А. Квалификационной комиссией АП УР удовлетворено, приговор Индустриального районного суда от 31 марта 2017 года в отношении Е. приобщен к материалам дисциплинарного производства.

А. пояснил, что приговор обжалован адвокатом, осуществляющим защиту Е. Также поступило представление прокурора на мягкость приговора Индустриального районного суда от 31 марта 2017 года в отношении Е.

Жалобу, адресованную в Адвокатскую палату УР, поддерживает в полном объеме, настаивает на привлечении адвоката Е. к дисциплинарной ответственности.

Е. пришла к нему в изолятор и сказала, что будет помогать ему доказывать его невиновность. Обещала положительный результат, требовала для этого деньги. Адвокат писала ходатайство об освобождении. Она показала ему фотографии, на которых он был изображен, говорила, что у нее есть связи в правоохранительных органах, и при помощи этих людей она сможет помочь освободить его. На фотографиях, которые она показывала, ничего компрометирующего в отношении него не было.

Договора с родственниками на его защиту в этот момент заключено не было. Было соглашение на посещение его в изоляторе для дачи консультации.

Адвокатом Е. был выписан ордер и представлен следователю, она участвовала в уголовном деле.

При голосовании членами Квалификационной комиссии АП УР по данному дисциплинарному производству, Талантов Д.Н. не принимал участия в голосовании, покинул зал заседания Квалификационной комиссии АП УР в связи с соображениями о возможных претензиях в заинтересованности в результатах рассмотрения дисциплинарного производства.

КВАЛИФИКАЦИОННАЯ КОМИССИЯ АДВОКАТСКОЙ ПАЛАТЫ УДМУРТСКОЙ РЕСПУБЛИКИ, проанализировав все собранные по дисциплинарному производству материалы, считает, что в действиях адвоката Е. имеют место нарушения норм Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики адвоката.

Квалификационной комиссией установлено:

А. привлекался к уголовной ответственности по уголовному делу № 05/330 по признакам состава преступлений, предусмотренных ч.4 ст.228.1, ч.1 ст.228 УК РФ, пребывал под стражей с 29.02.2016 г. по 10.05.2016 г. Его защиту по соглашению осуществляли адвокаты Талантов Д.Н. и Талантов Н.Д.

25.04.2016 г. в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по УР А. посетила адвокат Е., которая, ссылаясь на заключение соглашения с Л. гражданской женой заявителя, пояснила, что имеется возможность изменения меры пресечения и дальнейшего прекращения уголовного дела.

При этом Е. предъявила у А. для обозрения «секретные», с ее слов, документы, которые отсутствуют в его уголовном деле, являющиеся доказательствами фальсификации материалов ОРД оперативными сотрудниками отдела полиции Устиновского района г. Ижевска.

В ходе беседы она сообщила у, что имеет знакомства с должностными лицами СУ УМВД России по г. Ижевску, и, при передаче им 5 000 000 руб., у будет изменена мера пресечения с последующим прекращением в отношении него уголовного дела.

04.05.2016 года Е. вновь в следственном изоляторе посетила А., где она сообщила, что ее человек «наверху» согласен на получение 3 000 000 рублей, 1 500 000 рублей за изменение меры пресечения и 1 500 000 рублей за прекращение уголовного преследования

А. согласился передать 3 000 000 руб.

10.05.2016 года состоялось заседание Верховного суда УР по жалобе адвоката Талантова Д.Н. на продление срока содержания под стражей. В этот же день в следственном изоляторе следователь Подшивалов, в присутствии адвоката и адвоката Талантова Д.Н., огласил постановление об изменении в отношении А. меры пресечения от 07 мая 2016 года.

10 мая 2016 года А. был освобожден из-под стражи на подписку о невыезде.

О состоявшейся встрече и содержании бесед с адвокатом гражданин поставил в известность адвокатов Талантова Н.Д. и Талантова Д.Н., сообщив также, что рассматривает вопрос о передаче денег — взятки за освобождение из следственного изолятора.

написал заявление на имя Талантова Д.Н. о противоправных действиях с разрешением ему распоряжаться указанной информацией с тем, чтобы обратиться в правоохранительные органы. Впоследствии А. обратился в УФСБ России по УР с заявлением о противоправных действиях .

18.05.2016 года в 15 час. в офисном помещении по адресу: г. Ижевск, ул. 9 Января, 195а при получении от Е. денежных средств под предлогом передачи их должностным лицам СУ УМВД России по г. Ижевску в качестве взятки, адвокат была задержана сотрудниками УФСБ России по УР. При этом 200 000 руб. адвокат приняла от А. по квитанции, а 1 300 000 руб. она приняла без оформления каких-либо документов под предлогом передачи их должностному лицу СУ УМВД России по г. Ижевску.

Постановлением Руководителя СУ СК России по УР Никешкина В.А. от 20 мая 2016 года в отношении Е. возбуждено уголовное дело № 73/34 по признакам преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч.4 ст.159 УК РФ.

Постановлением следователя второго отдела по расследованию ОВД СУ СК России по УР Егорова Д.В. от 21 мая 2016 года Е. привлечена к уголовной ответственности по названному уголовному делу с предъявлением ей обвинения по ч.3 ст.30 ч.4 ст.159 УК РФ.

Постановлением от 08 декабря 2016 года старшего следователя ССО по НОН СУ МВД по УР Соловьева А.Н. уголовное дело и уголовное преследование по делу по № 05/330 в отношении А. было прекращено по основанию, предусмотренному ч.2 ст.24 УПК РФ.

Приговором Индустриального районного суда г. Ижевска 31 марта 2017 года Ирина Михайловна была признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 ч.4 ст.159 УК РФ и назначено наказание в виде 3-х лет лишения свободы с применением ст.73 УК РФ условно на 2 года.

На момент вынесения заключения Квалификационной комиссии АП УР приговор Индустриального районного суда в законную силу не вступил.

А., обратившись с жалобой на действия адвоката НО «Удмуртская республиканская коллегия адвокатов» Е., поставил вопрос о привлечении ее к дисциплинарной ответственностивплоть до лишения статуса ввиду грубейшего нарушения ею норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и КПЭА.

Адвокатом Е. представлены объяснения, в которых она выразила свое несогласие с поступившей жалобой А..

Адвокат Е. отметила, что к ней за правовой помощью обратился М., который является знакомым А. По утверждению М., А. был не удовлетворён работой адвокатов, которые оказывают ему правовую помощь.

При встрече с А. в СИЗО-1 г. Ижевска адвокат обсуждала с ним условия договора (соглашения), а также ознакомила его с имеющимися в её распоряжении «материалами оперативной разработки», за предоставление которых сотрудник полиции требует деньги. Эти материалы подтверждали невиновность А. При заключении договора с гражданином А. адвокату Е. этот сотрудник полиции обещал представить и иные материалы, подтверждающие непричастность к незаконному обороту наркотиков.

А. просил время подумать над условиями предложенного ему соглашения.

После уговоров М. и Л., по утверждению адвоката Е., она начала работать по защите без оплаты и договора, рассчитывая на его дальнейшее заключение. Однако от заключения письменного соглашения с ней уклонялся под разными предлогами.

Лишь 18 мая 2016 г. в помещении по адресу: г. Ижевск, ул. 9 Января, 195а он подписал договор об оказании правовой помощи, передал ей деньги, но в этот момент она была задержана сотрудниками УФСБ России по УР.

В обоснование своих доводов адвокат представила материалы досье (производства) по защите А.

При данных установленных обстоятельствах, на основании непосредственно исследованных материалов, представленных участниками дисциплинарного производства, Квалификационная комиссия Адвокатской палаты УР пришла к выводу о том, что доводы жалобы А. обоснованы, в действиях адвоката НО «Удмуртская республиканская коллегия адвокатов» Е. имеют место нарушения норм ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», Кодекса профессиональной этики адвоката.

В соответствии с п. 4 ст. 29 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокатская палата создается в целях, в том числе, контроля за соблюдением адвокатами кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно ч. 2 п. 7 ст. 31 указанного закона Президент Адвокатской палаты возбуждает дисциплинарное производство в отношении адвоката или адвокатов при наличии допустимого повода и в порядке, предусмотренном кодексом профессиональной этики адвоката.

Жалоба А. в отношении адвоката НО «Удмуртская республиканская коллегия адвокатов» Е. является допустимым поводом для возбуждения дисциплинарного производства.

Квалификационная комиссия отмечает, что дисциплинарное производство в отношении адвокатов является исключительно внутренним процессом региональной адвокатской палаты, которая не проводит каких-либо расследований, а ее представители не собирают доказательств и не опрашивают кого-либо, поскольку не имеют права и не наделены соответствующими полномочиями.

Ч. 1 ст. 48 Конституции РФ «каждому гарантируется право на получение квалифицированной юридической помощи. В случаях, предусмотренных законом, юридическая помощь оказывается бесплатно». 

Согласно ст. 1 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» «адвокатской деятельностью является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая на профессиональной основе лицами, получившими статус адвоката в порядке, установленном настоящим Федеральным законом, физическим и юридическим лицам в целях защиты их прав, свобод и интересов, а также обеспечения доступа к правосудию».

Адвокат при осуществлении профессиональной деятельности обязан честно, разумно, добросовестно, квалифицированно, принципиально и своевременно исполнять обязанности, отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Российской Федерации средствами, соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката (п.п. 1 и 4 п. 1 ст. 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката). За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (п. 2 ст. 7 названного Закона).

Деятельность дисциплинарных органов адвокатских палат субъектов Российской Федерации по своей природе является правоприменительной, основанной на предписаниях Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Согласно ст. 25 Федерального закона от 31.05.2002 N 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ», адвокатская деятельность осуществляется на основе соглашения между адвокатом и доверителем.

Соглашения об оказании юридической помощи заключаются между адвокатом и доверителем и регистрируются в документации адвокатского образования.

Действующее российское законодательство обязывает адвокатов, как специальных субъектов оказания правовой помощи, чей правовой статус базируется на Конституции Российской Федерации и специальном законодательстве об адвокатской деятельности и адвокатуре, оказывать гражданам правовую помощь только на основании заключенного адвокатом с доверителем в простой письменной форме соглашения об оказании правовой помощи, существенными условиями которого являются:

1) указание на адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения в качестве поверенного (поверенных), а также на его (их) принадлежность к адвокатскому образованию и адвокатской палате;

2) предмет поручения;

3) условия выплаты доверителем вознаграждения за оказываемую юридическую помощь;

4) порядок и размер компенсации расходов адвоката (адвокатов), связанных с исполнением поручения;

5) размер и характер ответственности адвоката (адвокатов), принявшего (принявших) исполнение поручения (см. ст. 25 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

В соответствии со ст. 6.1 Кодекса профессиональной этики адвоката под доверителем понимается:

- лицо, заключившее с адвокатом соглашение об оказании юридической помощи;

- лицо, которому адвокатом оказывается юридическая помощь на основании соглашения об оказании юридической помощи, заключенного иным лицом;

- лицо, которому адвокатом оказывается юридическая помощь бесплатно либо по назначению органа дознания, органа предварительного следствия или суда.

Адвокат Е. после посещения А. в ФКУ СИЗО-1 г. Ижевска приняла для себя решение о вступлении в уголовное дело по защите А. без заключения соглашения на оказание ему юридической помощи.

Факт отсутствия соглашения на оказание юридической помощи не оспаривается адвокатом Е.

В своих объяснениях адвокат Е. указывает: «04 мая 2016 года я встретилась в СИ-1с А., где еще раз обсудила условий моей работы по делу, в том числе условия заключения договора. пояснил, чтобы я начинала работать по делу бесплатно, в дальнейшем подпишет со ней договор и оплатит первую часть гонорара. Каких-либо нареканий со стороны А., что он не нуждается во мне как в защитнике, не поступало. Наоборот подтвердил свое намерение работать со мной наряду с другими адвокатами по делу. Тогда же я получила ордер на осуществление защиты , передала его следователю, в чьем производстве находилось уголовное дело в отношении , тем самым вступила в дело в качестве защитника».

Квалификационная комиссия АП УР усматривает в действиях адвоката Е. нарушения ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Правовой основой оказания адвокатом юридической помощи доверителю или назначенному доверителем лицу, включая защиту обвиняемого в уголовном судопроизводстве, является соглашение об оказании юридической помощи, представляющее собой договор (двустороннюю сделку), заключая который, обе стороны выразили согласованную волю (соглашение).

В уголовном судопроизводстве адвокат осуществляет защиту подозреваемого, обвиняемого или подсудимого либо по назначению, либо соглашению.

В силу пп. 1, 2 ст. 6 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" и в строгом соответствии с положениями ч. 4 ст. 49 УПК РФ в уголовном судопроизводстве полномочия адвоката на осуществление защиты обвиняемого удостоверяются ордером, выдаваемым тем адвокатским образованием, которое адвокат избрал для осуществления адвокатской деятельности. Действующая в настоящее время форма ордера уверждена приказом Минюста РФ от 10 апреля 2013 года N 47 "Об утверждении формы ордера", изданным в соответствии с п. 2 ст. 6 Федерального закона от 31 мая 2002 г. N 63-ФЗ "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации".

В соответствии с утвержденной формой в ордере должны быть, в том числе указаны "сущность поручения", "стадия рассмотрения дела и/или наименование органа, учреждения, организации", "основания выдачи ордера - реквизиты соглашения, документа о назначении".

Таким образом, ордер адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве является аналогом доверенности в гражданском и арбитражном процессе, он выдается адвокатским образованием на основании и в строгом соответствии с условиями заключенного с адвокатом соглашения об оказании юридической помощи, неразрывно связан с этим соглашением и наделяет адвоката правом участия на той стадии рассмотрения уголовного дела, которая указана в соглашении об оказании юридической помощи.

Советом Адвокатской палаты Удмуртской Республики 2 июля 2010 года было принято Решение «Об оформлении полномочий адвоката» (с изменениями и дополнениями, утв. Решением Совета Адвокатской палаты Удмуртской Республики 13 сентября 2011 года Протокол №10).

Данное решение было принято на основе обобщения дисциплинарной практики Адвокатской палаты Удмуртской Республики, в связи с участившимися случаями нарушения адвокатами законодательства в части оформления полномочий адвоката при представлении интересов доверителей, заполнение ордеров при отсутствии оснований на его оформление и прочие нарушения.

В вышеуказанном решении Совет Адвокатской палаты Удмуртской Республики обратил внимание адвокатов на то, что ненадлежащее оформление адвокатом своих полномочий является основанием для привлечения его к дисциплинарной ответственности.

В соответствии с п.12 вышеназванного решения основанием для оформления полномочий адвоката является, в том числе, наличие заключенного соглашения об оказании юридической помощи.

Норма ч.4. ст. 49 УПК РФ предусматривает, что адвокат допускается к участию в уголовном деле в качестве защитника в обязательном порядке по предъявлении удостоверения адвоката и ордера. Норма п.п. 1, 2 ст. 6 Федерального закона "Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации" также констатирует, что адвокат допускается при предъявлении ордера.

Не предоставив органам государственной власти полномочий по контролю за выдачей адвокатскими образованиями ордеров адвокатам, законодатель исходил из презумпции добросовестности адвоката, который, строго следуя предписаниям закона, будет сначала заключать соглашение об оказании юридической помощи, а на его основе получать (выписывать) ордер, являющийся внешним выражением полномочий, оговоренных в соглашении.

В целях защиты адвокатской тайны законодатель также предусмотрел, что «никто не вправе требовать от адвоката и его доверителя предъявления соглашения об оказании юридической помощи для вступления адвоката в дело» (п. 2 ст. 6 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»).

Адвокат Е., вступив в уголовное дело по обвинению А., позиционировала себя, как адвокат – защитник А. по соглашению.

Ордер является документом, удостоверяющим полномочия адвоката на защиту конкретного лица. Следователь с момента получения от адвоката Е. ордера на защиту А. рассматривал адвоката Е. в качестве защитника А.

Между тем, как установлено в ходе настоящего дисциплинарного производства, на момент передачи адвокатом Е. следователю ордера на защиту А. соглашение об оказании юридической помощи последнему с адвокатом заключено не было и, таким образом, адвокат не имела права ни выписывать ордер, ни передавать его следователю, ни принимать участие в качестве защитника А.

Из жалобы А. усматривается, что адвокат Е. при встрече с ним в ФКУ СИЗО-1 г. Ижевска обещала положительный результат по изменению меры пресечения в виде заключения на иную не связанную с изоляцией от общества, а также обещала прекращения уголовного дела, мотивируя тем, что у нее есть люди «наверху», которые и решат вопрос по изменению меры пресечения и прекращения уголовного преследования, но для этого он должен заплатить 5 000 000 рублей. В дальнейшем была данная сумма снижена до 3 000 000 рублей. Как пояснил А. в своей жалобе: « Я согласился на передачу денежных средств в указанном размере, то есть на дачу взятки должностному лицу, с учетом вышеизложенного, но кому именно она предназначается, я не знал, поскольку Е. не сообщала мне относительно данного человека. Согласился, поскольку не хотел, чтобы я дальше сидел в изоляторе и хотел, чтобы в отношении меня было прекращено уголовное преследование, тем более с учетом того, что я не виновен в совершении преступлений, в которых меня обвиняли».

Квалификационная комиссия АП УР, оценивая данные доводы А., принимая во внимание то, что адвокатом Е. не отрицается факт получения денежной суммы в размере 1 300 000 без квитанции, находит действия адвоката Е. безнравственными.

В соответствии со ст. 48 Конституции РФ и на основании п. 3 ч. 4 ст. 46, п.п. 2 и 3 ч. 3 ст. 49 УПК РФ каждый задержанный, заключенный под стражу, имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента фактического задержания.

Наличие института адвокатуры рассматривается как государственная гарантия конституционного права на квалифицированную юридическую помощь. Следовательно, у А. должна была быть предоставлена квалифицированная юридическая помощь по защите его интересов с соблюдением всех установленных при этом норм уголовно-процессуального законодательства и законодательства об адвокатской деятельности.

Защитник является тем участником процесса, который представляет в уголовном судопроизводстве не интересы правосудия, не собственные интересы, а интересы подозреваемого и обвиняемого.

Взяв на себя защиту А., адвокат Е. должна была отстаивать его права и интересы законными методами.

Согласно ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат не вправе давать лицу, обратившемуся за оказанием юридической помощью, или доверителю обещания положительного результата выполнения поручения, которые могут прямо или косвенно свидетельствовать о то, что адвокат для достижения этой цели намерен воспользоваться другими средствами, кроме добросовестного выполнения своих обязанностей.

В соответствии с пп. 6 п. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката адвокат не вправе навязывать свою помощь лицам и привлекать их в качестве доверителей путем использования личных связей с работниками судебных и правоохранительных органов, обещанием благополучного разрешения дела и другими недостойными способами.

Адвокат Е., воспользовавшись ситуацией, что А. необоснованно привлекался к уголовной ответственности, в отношении него имело место ограничение свободы в виде незаконного и необоснованного пребывания под стражей в следственном изоляторе, злоупотребила доверием А., сообщила ему вымышленные сведения о возможности у нее через «влиятельных должностных лиц» при передаче им денежных средств, достичь благоприятного исхода для А. в виде изменения меры пресечения в виде заключения под стражу на иную меру, не связанную с изоляцией от общества, и прекращения уголовного дела.

Адвокат Е. в своих объяснениях пыталась представить ситуацию так, что у нее были намерения осуществлять защиту А. законными способами, добиваясь положительного для него результата.

Квалификационная комиссия АП УР критически рассматривает данную позицию адвоката Е.

Изначально, вступая в уголовное дело в качестве защитника А., Е. не принимала мер к осуществлению надлежащей квалифицированной защиты.

Зная о том, что защиту А. осуществляют адвокаты Талантов Д.Н., Талантов Н.Д., она не ставит их в известность о своем вступлении в дело, не пытается согласовать позицию защиты с данными адвокатами.

Защита немыслима без стратегии и тактики действий, при этом должно быть обязательное согласование позиции и тактики защиты не только с обвиняемым, но и с другими защитниками, осуществляющим защиту данного лица.

Квалификационная комиссия АП УР полагает, что при наличии у подзащитного нескольких защитников, им надлежит, по возможности, согласовывать принимаемые юридически значимые решения и совершаемые в интересах подзащитного действия и, в любом случае, информировать о них других защитников. Согласованное с подзащитным распределение между защитниками обязанностей по защите прав и интересов подзащитного и оказанию ему юридической помощи в любом случае не должно приводить к ущемлению прав подзащитного и снижению стандартов защиты, что, как правило, обеспечивается закреплением за одним из адвокатов функций координатора защиты.

Адвокат Е., пытаясь представить свои действия правомерными, направленными исключительно на защиту интересов А., ссылается на договор от 18 мая 2016 года, заключенный между ней и А.

Квалификационная комиссия Адвокатской палаты УР расценивает данный договор как завуалированную форму оправдания своих неправомерных действий, направленных на злоупотребление доверием доверителя, к созданию видимости законности получения от А. денежных средств в размере 1 300 000 рублей.

Е., получая от А. денежные средства в размере 1 300 000 рублей, имела реальную возможность оформления данной денежной суммы по квитанции, поскольку 200 тысяч рублей ею были оформлены путем выписки квитанции. Однако, этого адвокат Е. не сделала.

Получение адвокатом Е. денежной суммы 1 300 000 рублей без квитанции свидетельствуют об отсутствии у нее намерений оприходования данной денежной суммы в качестве вознаграждения за оказание юридической помощи у А.

Рассмотрев материалы дисциплинарного производства, Квалификационная комиссия Адвокатской палаты Удмуртской Республики пришла к выводу, что адвокату Е. надлежало строго руководствоваться следующими нормами ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации»:

– п.п.1 п.1 ст. 7 – адвокат обязан честно, разумно и добросовестно отстаивать права и законные интересы доверителя всеми не запрещенными законодательством РФ средствами;

–п.п.4 п.1 ст. 7– адвокат обязан соблюдать Кодекс профессиональной этики адвоката;

- п. 6 ст. 25 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» - полученное адвокатом вознаграждение подлежит обязательному внесению в кассу соответствующего адвокатского образования либо перечислению на расчетный счет адвокатского образования в порядке и сроки, которые предусмотрены соглашением.

Данные нормы ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ» адвокатом Е. были нарушены.

Кроме того, адвокатом Е. нарушены следующие нормы Кодекса профессиональной этики адвоката:

– честно, разумно, добросовестно, принципиально и своевременно исполнять обязанности, активно защищает права, свободы и интересы доверителей всеми не запрещенными законодательством средствами (п. 1 ст. 8 Кодекса профессиональной этики адвоката);

– профессиональная независимость адвоката, а также убежденность доверителя в порядочности, честности и добросовестности адвоката являются необходимыми условиями доверия к нему (п. 1 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката);

– адвокат должен избегать действий, направленных к подрыву доверия (п. 2 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката);

– злоупотребление доверием несовместимо со званием адвоката (п.3 ст. 5 Кодекса профессиональной этики адвоката);

– адвокат не вправе действовать вопреки законным интересам доверителя, оказывать ему юридическую помощь, руководствуясь соображениями собственной выгоды, безнравственными интересами или находясь под воздействием давления извне (пп. 1 п. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката).

- адвокат не вправе навязывать свою помощь лицам и привлекать их в качестве доверителей путем использования личных связей с работниками судебных и правоохранительных органов, обещанием благополучного разрешения дела и другими недостойными способами (пп. 6 п. 1 ст. 9 Кодекса профессиональной этики адвоката).

- адвокат не вправе давать лицу, обратившемуся за оказанием юридической помощи, или доверителю обещания положительного результата выполнения поручения (п. 2 ст. 10 Кодекса профессиональной этики адвоката).

За неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей адвокат несет ответственность, предусмотренную Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (п.2 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в РФ»).

В соответствии с п. 1 ст. 18 Кодекса о профессиональной этики адвоката нарушение адвокатом требований законодательства об адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката влечет применение мер дисциплинарной ответственности.

По результатам рассмотрения дисциплинарного производства, возбужденного по жалобе А. в отношении адвоката Е. на основании п. п. 1 п. 9 ст. 23 Кодекса профессиональной этики адвоката, Квалификационная комиссия выносит следующее

З А К Л Ю Ч Е Н И Е

В действиях адвоката НО «Удмуртская республиканская коллегия адвокатов» Е. имеются нарушения норм законодательства об адвокатской деятельности и адвокатуре и Кодекса профессиональной этики адвоката, выразившиеся в ненадлежащем исполнении своих обязанностей перед доверителем.

ПРЕДСЕДАТЕЛЬ

КВАЛИФИКАЦИОННОЙ КОМИССИИ Д.Н.ТАЛАНТОВ

СЕКРЕТАРЬ КВАЛИФИКАЦИОННОЙ

КОМИССИИ Н.В. ЧУЧАЛОВА